левая ссылка

22 июня 1941 года фашисты вероломно напали на Советский Союз. Можно было бы избежать этой трагедии? Правильно ли вело себя тогдашнее руководство страны? Об этом сегодня наш корреспондент беседует с генералом армии, доктором военных и исторических наук Махмутом Ахметовичем Гареевым.  

 
Махмут Ахметович Гареев
- Махмут Ахметович, сегодня очень часто можно услышать рассуждения о том, что Советский Союз был изначально колоссом нa глиняных ногах - имея превосходство в численности войск и техники, тем не менее Красная армия откатилась практически до самой Москвы под ударами не самой сильной армии вермахта? Что можно противопоставить подобным утверждениям? 
 
- Во-первых, численность Красной армии перед самой войной на западном театре военных действий насчитывала 2 миллиона 190 тысяч человек. У немцев - 4,5, а с резервами - 5 миллионов. У нас было больше танков, если формально считать: примерно 3,5 тысячи танков против наших от 12 до 20 тысяч. Но в реальности боевых машин на фронте было значительно меньше, потому что эти цифры отражают ситуацию в целом по стране, но ведь были танки, которые числились на Дальнем Востоке, в училищах, списанные из-за бюрократической волокиты. С другой стороны, немцы захватили тысячу двести танков в Чехословакии, около трех тысяч им досталось после разгрома английских и французских войск в 1940 году. Иными словами, по живой силе, техническим средствам немцы примерно в полтора раза превосходили наши войска, а по танкам и самолетам численность примерно сопоставимая. 
 
Но, несмотря на это, мы попали в 1941 году в тяжелую ситуацию. Здесь необходимо учитывать в целом обстановку перед войной, какие цели преследовала та или иная сторона. Фашистское командование было однозначно настроено напасть и разгромить СССР. Но они проводили большую маскировку и дезинформацию, которая охватила весь мир. Даже за две недели до начала войны Германия объявила, что собирается провести Всемирную конференцию по укреплению мира. 
 
Перед СССР стояли две взаимосвязанные задачи. С одной стороны, советское руководство всеми силами старалось оттянуть войну, во имя этого пойти даже на некоторые уступки и жертвы. И в то же время нужно было быть готовым отразить нападение. Как, находясь в такой ситуации, объективно оценить, особенно сегодня, насколько правильно тогдашнее руководство страны себя вело? На каких весах это взвесить? 
 
- Тем не менее современные либеральные историки утверждают, что Сталин манипулировал ситуацией в Европе. И чуть ли не спровоцировал войну. В частности, они прямо утверждают, что Сталин сам собирался напасть на Германию. 
 
- Ну это полные глупости, которые опровергаются реальными фактами. То, что пишет Резун, некоторые другие, что Гитлер просто упредил Сталина, - они просто повторяют то, что говорил Геббельс после начала войны. На самом деле никто не знал, как поступить правильно. Западные страны всеми силами старались направить агрессию Гитлера на Восток. Например, была очень неопределенная позиция Америки - перед войной очень многое зависело от того, как поведут себя США. Вице-президент США Гарри Трумэн открыто заявил тогда, что если будет одолевать Германия, то американцам надо помогать СССР, а если наоборот, то помогать Германии. И пусть они там истребляют друг друга. Вот это была такая установка, и, по существу, они из этого исходили. 
 
Кроме того, за две недели до нападения Гитлера на СССР было заявление Рузвельта о том, что если только Сталин не спровоцирует войну, то США будут на стороне Советского Союза. Это же факт огромного значения - поэтому Сталин всячески хотел избежать любых поводов для обвинений в провокации и фактически пожертвовал боевой готовностью советских войск, принес их в жертву политическим интересам, не разрешая до последнего времени приводить войска в полную боевую готовность. Прав был Сталин или не прав, спорить можно сколько угодно, но вот его действия на тот момент привели к тому, что была создана антигитлеровская коалиция. И эти западные страны, и Англия, и Америка, которые с самого начала были полны решимости выступить вместе с Гитлером против СССР, оказались вынуждены примкнуть к нам против Германии. Это имело решающее значение для исхода войны. 
 
А теперь представьте себе картину, что мы привели войска в боевую готовность или даже перешли в наступление. Конечно, мы что-то выиграли, но западные страны были бы однозначно против нас. И я даже не знаю, смогли бы мы вести войну против Германии без США и Англии. 
 
- Но, наверное, можно было каким-то образом избежать таких массовых потерь перед началом войны? 
 
- Если говорить с чисто военной точки зрения, то, наверное, можно было приказать войскам занять оборону где-то в глубине 30-35 километров от границы. Создать полосу заграждения, обороны. Тогда трудно было бы обвинить нас в том, что мы хотим развязать войну. А получилось так, что стыдно даже говорить сегодня - мы ни одного моста не взорвали, нигде минных полей не поставили. Все в готовом виде немцы получили. И у нас войска к моменту нападения были на мирном положении - они были в военных городках, не заняли никаких позиций. И, по сути, начали приводить себя в боевую готовность, когда их уже начали бомбить. С опозданием войска получили распоряжения, которые Сталин подписал только вечером 22 июня, и генштаб начал доводить их до войск. 
 
У нас сегодня есть горе-историки, которые приводят в пример наркома ВМФ Кузнецова, который вопреки Сталину привел флот в полную боевую готовность. Действительно, флот понес меньшие потери, потому что это более организованная военная структура. И кроме того, в плане «Барбаросса» рукой самого Гитлера было написано: немецкому флоту ни в какие морские сражения не вступать, сохранить его для борьбы с Англией. 
 
Еще ходят байки про генерала Захарова, командующего южным округом, что, мол, он приказал заранее рассредоточить авиацию и на южном направлении мы не понесли таких потерь. Но при этом забывают, что там войска захватчиков, состоящие в основном из румын, перешли в наступление через неделю после начала войны. И там не было таких ударов, как по другим направлениям. 
 
- Махмут Ахметович, и все же основной вопрос: с вашей точки зрения, была у Советского Союза возможность избежать войны? 
 
- Вообще-то агрессия на Восток в общей политике германского империализма была изначально глубоко заложена. И они при всех обстоятельствах рано или поздно совершили бы нападение. Другое дело, что война могла проходить в других обстоятельствах. Ведь по существу она уже шла, Англия-то уже объявила войну Германии после нападения фашистов на Польшу. Но ее можно было ограничить, если бы Англия, Франция заняли более последовательную позицию. И, кстати, та же Польша, которая все время петляла и заигрывала с Германией. 
 
Я хочу сказать, что большая ошибка наших исследователей войны заключается в том, что мы берем факты и документы, которые касаются только нашей стороны. 
 
К сожалению, у нас сегодня 90 процентов трофейных документов, которые мы захватили во время войны, - журналы боевых действий немецких полков, армий, приказы, - до сих пор лежат в Подольске непереведенные. То есть мы еще не знаем всех тонкостей прошедшей войны. 
 
Но если вернуться к общему анализу тех событий, подчеркну, что в первые дни войны наши войска были поставлены в тяжелейшее положение. И ни одна армия мира не смогла бы оправиться после такого поражения. Но, несмотря на это, люди сопротивлялись. Кто остановил немцев перед Киевом, перед Ленинградом, под Москвой? По существу полностью рухнул план войны, который они готовили. И немцам пришлось начинать совершенно другую войну, к которой они не были готовы, в том числе и в зимних условиях. А мы сумели собраться и перейти в контрнаступление и одержать большую победу под Москвой. Гитлер после нее провел кардинальную чистку своего Генерального штаба, отстранил от должностей 35 генералов. За всю войну больше такого в немецкой армии не было. Но самое главное, не было такого в мировой истории, чтобы после такого разгромного поражения в первые дни армия, государство смогло оправиться и в итоге победить. 
 
Марат Хайруллин, фото автора
"Мир новостей"
 
 
 
 
 
ДОСЬЕ 
 
С декабря 1941 года воевал на Западном и Белорусском фронтах. В 1959 году окончил Военную академию Генерального штаба. С 1959 года - заместитель командира дивизии, командир мотострелковой и танковой дивизий, начальник штаба общевойсковой армии в Белорусском военном округе. 
 
В 1970-1971 годах - Главный военный советник в Объединенной Арабской Республике. В 1984 году назначен заместителем начальника Генерального штаба Вооруженных Сил СССР. 
 
С 1989 года - главный военный советник в Афганистане. 
 
С 1990 года занимал пост военного советника - инспектора Группы генеральных инспекторов Министерства обороны СССР. После создания в феврале 1995 года Академии военных наук, неправительственной исследовательской организации, был избран ее президентом. Много занимается изучением вопросов истории Великой Отечественной войны.

левая ссылка
Яндекс.Метрика