левая ссылка

Минувшее столетие породило дедовщину в рядах Советской Армии. Практика неуставных взаимоотношений среди военнослужащих различных сроков службы бытовала в войсках и ранее, но небывалый всплеск данного негативного явления пришелся на 70-80 годы. Дембель салагу мучает

 

Неофициальная «табель о рангах» распределяла рядовой и сержантский личный состав на категории по периодам, проведенным в Вооруженных силах:

 

«салага» или «дух» – до полугода;
 
«молодой» или «слон» – до года;
 
«черпак» или «фазан» – после года;
 
«дед» – после полутора лет.

 

Особыми привилегиями пользовались «дембеля», готовящиеся к скорому отбытию на гражданку. Демобилизация, дембель, ДМБ или увольнение в запас - мечта каждого срочника, которая вылилась в культовый армейский символ, ставший основой целого комплекса ритуалов и обрядов, созданного буйной фантазией зачинателей традиции и авторов солдатского фольклора.
 
«100 дней» – эпохальная дата, празднованию которой придавалось едва ли не священное значение. Отсчет производился до выхода Приказа Министра обороны о долгожданном возвращении на родину и очередном призыве, который публиковался обычно в «Известиях» или военной ведомственной газете «Красная звезда» дважды в год, 27 числа - в марте и сентябре. Впоследствии знаменательный документ вырезался из периодики и клеился на титульном листе дембельского альбома.

советские солдаты 100 дней до приказа

С момента обнародования министерского указа, «дедушка» признавался «дембелем» и поднимался на высшую ступеньку неформальной служебной лестницы. Остаток времени его пребывания в казарме определялся командованием соединения. Послужной список поощрений и взысканий гарантировал отправление домой в первой или последней партии соответственно. 

 

На старте «стодневки» каждый почитающий обычай старослужащий обязан был постричься «под ноль» и обриться наголо. Командиры некоторых подразделений боролись с таким проявлением «партизанщины», угрожая проводами из части в подобном же обличье, но дальше предупреждений дело не доходило. 

 

Положенное на завтрак и ужин масло «старики» с началом стодневного марафона катапультировали ложками в потолок, закрепляя тем самым начало ритуального события. В последующие дни масляным рационом скармливали низшим «сословиям», что зависело от местного гарнизонного колорита. 

 

В этот день начинал действовать другой традиционный порядок – «курево под подушкой». Утреннее пробуждение грядущего «дембеля» сопровождалось нахождением им под спальной принадлежностью радостного сюрприза в виде сигареты. На табачном изделии рядовому непременно следовало указать число деньков, предшествующих вожделенному маршальскому распоряжению. Верхом мастерства иллюзиона считалось умение подкладывания подарка незамеченным для спящего. За это выдавалось масляное вознаграждение. В противном случае к провинившемуся применялись суровые санкции.
 
По истечении половины «стодневной» эстафеты, «старички» на сутки наделяли новобранцев собственными полномочиями. Последние оказывались в роли казарменных властителей, «дедовское» же поколение обязывалось выполнением любых поручений. Памятуя о завтрашнем дне, «зеленые вояки» не особо радовались выпавшей возможности отомстить старослужащим, разумным решением являлось умеренное применение дерзости и храбрости.

 

Изнывающие от безделья будущие воины запаса, развлекались проведением «викторин» на знание младшими размера «дедушкиных» сапог, нормы масла и количества оставшихся «приказных» дней. Слабая память грозила сыграть злую шутку с забывчивым солдатом и беспощадно каралась, сочтенная за неуважительное поведение.

dedov1.jpg

Зачитывание текста демобилизационного предписания обставлялось торжественным импровизированным представлением. Глашатай-салага взбирался на пирамиду из табуреток и с ее вершины, упираясь головой в потолочное перекрытие, на корточках громким голосом оглашал судьбоносное сообщение. Апофеозом данного действия служило выбивание нижней опоры и торжествующий возглас: «Пришел конец стодневке!» Церемония венчалась обильным распитием алкоголя, любым способом добытым теми же новобранцами. После этого наступал самый бесшабашный этап службы. 

 

Существовала еще одна разновидность дембельского обычая. «Зеленый» первогодок перед сном услаждал «дедушкин» слух сказкой-колыбельной, примерного содержания: 

 

«Масло съели - день прошел, 
 
старшина домой ушел. 
 
Дембель стал на день короче, 
 
всем «дедам» спокойной ночи. 
 
Пусть им снится дом родной, 
 
дева с пышною косой, 
 
бочка пива, водки таз
 
и Устинова приказ»

 

После чего озвучивалась заветная цифра до последнего.

 

Традиционно обыгрывалось движение «дембельского поезда», везущего счастливых пассажиров к родным вокзалам. Расшатывание койки имитировало вагонную качку. Мельтешащие с фонариками и ветками «салажата» для достоверности изображали пробегающий за окном ландшафт с посадками и станциями. Тепловоз трубил - Домой! 

 


левая ссылка
Яндекс.Метрика